?

Log in

день был резкий [entries|archive|friends|userinfo]
covenarius

[ userinfo | livejournal userinfo ]
[ archive | journal archive ]

А. Блок и М. Осоргин "ср." [marts. 30., 2017|01:54 am]
covenarius
Запись Блока по завершении "Двенадцати" - Сегодня я гений.
Музыкант Эдуард Львович в "Сивцевом Вражке":
"К клавишам рояля Эдуард Львович пыльной тряпкой никогда не прикасался: только носовым платком, который потом он встряхивал и клал обратно, в карман. Клавиши были священны.
Открыв их, он пристроил на пюпитре нотную рукопись с заголовком "Орus 37" и рядом положил карандашик.
"Орus 37" - последнее, что написал Эдуард Львович. "Орus 37" - был закончен, и вряд ли теперь карандашик мог понадобиться. "Орus 37" - странная, лишенная мелодии, написанная всего в три дня вещь, совсем новая и неожиданная даже для самого Эдуарда Львовича.
Раньше он с негодованием отверг бы такую больную и тревожащую нервы музыкальную пьесу, - теперь он сам оказывался ее автором.
Вступление понятно и законно; так начинается многое. Во вступлении есть логика и внутреннее оправдание. Но вдруг тема, едва намеченная и лишь начавшая развиваться, прорезывается... как бы это объяснить... какой-то музыкальной царапиной, раскалывающей ее затем сверху донизу. Тема упрямо хочет нормально и последовательно развиваться, но царапина углубляется, рвет натянутые нити музыкальной пряжи, треплет концы, путает все в клубок трагической неразберихи. Момент отчаянной борьбы, исход которой неведом.
Теперь - самое основное и самое страшное по последствиям. Нити выправляются, концы вытягиваются из клубка, уже слышен авторитетный волевой приказ (басы!), и вдруг - полный паралич логики: именно в волевых басах рождается измена! Это был только ловкий обман, обход с тыла.
Когда Эдуард Львович играет эту страшную страницу, он чувствует, как его старое и усталое сердце замирает, почти останавливается, как шевелятся на затылке остатки волос и подергиваются надбровные дуги. Страница преступная, непозволительная, - но это же сама правда, сама жизнь! Тут нельзя изменить ни одной шестнадцатой! Композитор - преступник, но композитор - творец. Слушатель и служитель истины. Пусть мир рушится, пусть гибнет все,- уступить нельзя. Рвутся все нити, сразу, скачком; далеким отзвуком тушуются и быстро умолкают концы музыкальной пряжи, тема мертвеет и умирает,- и рождается то новое, что ужасает автора больше всего: рождается смысл хаоса. Смысл хаоса! Разве в хаосе может быть смысл?!
От Эдуарда Львовича зависит вырвать из тетради, смять, растоптать, изодрать в клочья эти последние страницы, этот продукт дикой измены всему его прошлому, традициям старого классического музыканта, преемника и ученика великих. Но сил для этого нет: преступник любит свое преступление. Если бы сейчас, тут же, рояль Эдуарда Львовича окружили возмущенные тени Баха, Гайдна, Бетховена, Моцарта и если бы они стали вырывать у Эдуарда Львовича его рукопись, осыпая его проклятьями и добивая презрением, - он стал бы отбиваться руками, карандашиком, пыльной тряпкой, подмял бы под себя свою тетрадку, - но, пока жив, не отдал бы ее никому, ни живым людям, ни теням умерших, ни даже тени своей матери. Если бы она, плача, умоляла его, - он сам бы истек слезами, умер, но уступить не мог бы - даже ее мольбам. Вот она - трагедия творчества!
Доиграв до конца, Эдуард Львович вскочил с места, потер руку об руку, растерянно оглянулся и, в волнении, пробежал комнату из угла в угол. Повертываясь, зацепился пиджаком за угол нотной этажерки, испугался, поднял упавшую тетрадь и далее не знал, что делать. Нет сомнения, что "Орus 37" - изумительное произведение.
Изумительное, да. Но кем нашептано? Дьяволом? Смертью? Не пуля ли, однажды влетевшая ночью в его комнату, пробившая окно и застрявшая в штукатурке под обоями,- не она ли просвистала ему, что в хаосе может быть, что в хаосе есть смысл! В смерти есть смысл! В безумии, в бессмыслице - смысл. Нелепость седлает контрапункт, бьет его арапником и заставляет служить себе, - разве это возможно! Белая ниточка у печурки осталась неподобранной. Эдуард Львович наклонился, подскреб ее ногтем музыкального тонкого пальца и бросил в открытую дверцу. Разогнулся не без труда - болела поясница. И вдруг, бросив взгляд на ноты, раскрытые на пюпитре рояля, он понял:
- Гениальное постижение!
От неожиданности он раскрыл рот, хлопнул глазами и произнес вслух и внятно:
- Я - гений. "Орus 37" создан гением".
SaiteIerakstīt komentāru

К открытию выставки фотографий в Мемориале [apr.. 1., 2015|12:57 am]
covenarius
Читательский формуляр Б. Пастернака в годы работы на "Доктором Живаго"
Saite1 komentārs|Ierakstīt komentāru

Много ли читателей, не гугля, узнает, кто и когда это написал? [nov.. 4., 2014|03:21 am]
covenarius
"Полицейское государство <...> откровенно поставило на первый план вопрос о подчинении и властвовании, а так как властвование требует, прежде всего, разделения (т.е. натравливанья одной части населения на другую ..."
SaiteIerakstīt komentāru

Лариса Андерсен [febr.. 9., 2014|08:57 pm]
covenarius
К вчерашним сопкам Манчжурии, гаоляну, слезам матери и пр.

ЭМИГРАНТСКАЯ БЕРЕЗКА
Посвящается Наталье Ильиной
Эмигрантский стишок читаешь –
Все березки, куда ни глянь!
Вырастали-то мы в Китае,
Про бамбук бы, про гаолян…
Про неистовые закаты
Над песками у той реки,
Где готовились жить когда-то
Мы, маньчжурские земляки.
Там – и радости, и печали
Напитали росток души!
Ведь березы Москвы едва ли
По-особому хороши.
И в Китае росли березы,
И багульник по сопкам рос,
Но у русских упорно грезы –
О российской красе берез…
Наша родина – не на карте.
Наша родина – не земля.
Не багульник на окнах в марте,
Не березы, не тополя.
Наша родина – это сказки,
Это – песни, что пела мать,
Это – книжки, картинки, краски,
Что успела душа впитать.
Это – грусть о каком-то доме,
Что остался среди берез,
Где «все было»… наверно, кроме
Этих маминых частых слез.
Это – свет голубой лампадки,
Чуть мерцающей из угла…
Это – карточка той лошадки,
Что еще до меня жила!
Это – память. Не только наша –
Память матери и отца.
Это – клад, круговая чаша,
Не испитая до конца.
И, быть может, слова поэта,
Залетевшие в память где-то,
Долго тлевшие в глубине,
Вдруг зажглись… И березка эта
Их лепечет по-русски мне.
Saite1 komentārs|Ierakstīt komentāru

Тема террора в советской печати 1958 года [nov.. 10., 2013|10:42 pm]
covenarius
23 октября 1958 было принято постановление Президиума ЦК КПСС "О клеветническом романе Б. Пастернака" ("строго секретное") - пункт второй гласил: "Опубликовать в журнале "Новый мир" и "Литературной газете" письмо редакции журнала "Новый мир", направленное Пастернак в сентябре 1956 г.

В этом письме полностью была воспроизведена как свидетельство о Живаго, у которого "внутренней ненависти к революции хватило бы на двух Деникиных" 4-я глава 11 части романа "Лесное воинство":"Текст псалма считался чудодейственным, оберегающим от пуль. Его в виде талисмана надевали на себя воины еще в прошлую империалистическую войну. Прошли десятилетия, и гораздо позднее его стали зашивать в платье арестованные и твердили про себя заключенные, когда их вызывали к следователям на ночные допросы."
SaiteIerakstīt komentāru

Топонимика Серпухова [nov.. 10., 2013|09:59 pm]
covenarius
За последнюю неделю несколько раз, проезжая по Серпухову, задавался вопросом, а почему там так много улиц с подчеркнуто советской семантикой - Урицкого, Володарского, Пролетарская, Октябрьская, Юбилейная, Малая пролетарская, Ленинского комсомола, 25 Октября, Луначарского - это всюду так, или есть какая-то серпуховская специфика?
Saite10 komentāri|Ierakstīt komentāru

Медиакоммуникации Выпуск 2013 [jūn.. 22., 2013|01:21 am]
covenarius
[Garastāvoklis |thankfulthankful]

DSC01795
Вчера подарили дипломницы. Милые Маша и Света, еще раз спасибо!!!
SaiteIerakstīt komentāru

К "Мы" Замятина [maijs. 30., 2013|09:05 pm]
covenarius
О "Человеководстве". Сегодня директор Лицея рассказала мне, что в Китае их водили в школу, где обучают детей преподавателей ВУЗ'ов
Saite2 komentāri|Ierakstīt komentāru

30 мая [maijs. 30., 2013|08:43 pm]
covenarius
Словно дочка слепого Эдипа,
Муза к смерти провидца вела,
А одна сумасшедшая липа
В этом траурном мае цвела
Прямо против окна, где когда-то
Он поведал мне, что перед ним
Вьется путь золотой и крылатый,
Где он вышнею волей храним.
SaiteIerakstīt komentāru

Соловьи [maijs. 5., 2013|02:50 am]
covenarius
"Вдруг вдали, где застрял закат, защелкал соловей. «Очнись! Очнись!» - звал и убеждал он, и это звучало почти как перед Пасхой..." В половине второго ночи за палатками у метро Университет заливался соловей (как имеет обыкновение указывать ФБ - "чуть более часа назад")
Saite1 komentārs|Ierakstīt komentāru

navigation
[ viewing | most recent entries ]
[ go | earlier ]